В первых числах апреля Министерство природных ресурсов России в очередной раз во всеуслышанье напомнило о нарастающей разнице между темпами добычи полезных ископаемых и воспроизводством их запасов в стране. Руководитель Департамента топливно-энергетических ресурсов недр и морских работ МПР РФ Ринат Мурзин, выступая на 4-м международном форуме "ТЭК России: региональные аспекты" в Санкт-Петербурге, констатировал далекий от оптимизма факт: планируемая добыча нефти в России обеспечена разведанными запасами только до 2010 года. После запасов уже может не хватить.
Только в этом году российские компании планируют добыть 440 млн. т нефти, а прирост запасов окажется вдвое /!/ ниже. Более того, с каждым годом геологи обеспечивают разведку все меньших объемов. Если в 2001 году прирост запасов составил 375 млн. т, в 2002 году - 254 млн. т, то в 2003 году, по предварительным оценкам, лишь 240 млн. т.
Практически все разведанные запасы нефти страны на сегодняшний день распределены между российскими компаниями. В распоряжении государства, по данным МПР РФ, осталось всего около 8% запасов, да и те не представляют особого интереса: это в основном трудноизвлекаемая нефть в местах с плохой инфраструктурой. Готовые к разработке, даже средние по запасам, месторождения в государственном резерве отсутствуют.
Таким образом, трудности с объемом добычи нефтяникам не грозят лишь до 2010 года. При сочетании благоприятных внутренних и внешних условий, проще говоря, высоких ценах и налоговой стабильности, добыча нефти в России может составить порядка 490 млн. т в 2010 году, к 2020 году возрасти до 520 млн. т. Конечно, ничего страшного не случится и после этого срока, если нефтяники будут из сверхдоходов больше инвестировать в геологоразведку. Ситуация с разведанными запасами газа в России хоть и значительно лучше, чем с нефтью /при благоприятных условиях в 2010 году объем добычи газа может составить порядка 645-665 млрд кубометров, к 2020 году возрасти до 710-730 млрд./, однако и здесь расслабляться не стоит - темпы геологоразведочных работ год от года также снижаются.
Между тем, справедливости исторической ради, напомним:недра и их содержимое - наше национальное богатство находятся по Закону в руках у собственника-государства. И до 2002 года основным источником финансирования геологоразведочных работ были отчисления на воспроизводство минерально-сырьевой базы /ВМСБ/. Налог был целевой и направлялся государством исключительно на геологоразведочные работы и все, что с этим связано. За счет этого целевого финансирования добывающие предприятия обеспечивали до 90% прироста запасов нефти и газа в стране, и лишь на 10% - за счет собственных средств.
Отмена налога ВМСБ привела к обвальному спаду в отечественной геологоразведке. Только за 2002 год снижение прироста запасов минерального сырья, в частности нефти, составило 1,5 раза. По сути, государство рассудило, мол, пусть частник сам думает, куда вкладывать свои деньги - или купить два новеньких "Мерседеса", или пробурить две свежих скважины. Как и следовало ожидать, нефтегазодобывающие компании, вопреки мнению инициаторов отмены ВМСБ, не сильно торопятся тратить свои доходы на поиски и разведку углеводородного сырья.
Уже в ноябре 2002 года заместитель председателя правительства Ханты-Мансийского автономного округа по вопросам недропользования и ТЭК Владимир Карасев, выступая на VI научно-практической конференции "Пути реализации нефтегазового потенциала Ханты-Мансийского автономного округа", сообщил, что из-за отмены ВСМБ, за счет которого велась разведка новых месторождений, прирост запасов нефти в округе упал в 2,5 /!/ раза. "В свете планов российского правительства - к 2050 году иметь 18,5 млрд тонн разведанных запасов нефти для успешного развития государства /из которых ХМАО придется обеспечить 63-70%/ - вызывает удивление прекращение финансирования геологоразведочных работ со стороны федерального центра", - заявил Владимир Карасев. По его словам, отмена налога преждевременна, субъекты просто не успели сформировать систему финансирования геологоразведки за счет нефтяных компаний и проведения аукционов. Следствием этого и стала потеря прогнозируемых запасов нефти.
"С 1991 года добыча нефти и газа в Ханты-Мансийском и Ямало-Ненецком округах опережает прирост запасов - и пока мы снимаем сливки, которые через пять-шесть лет закончатся, - говорит заместитель руководителя Департамента природных ресурсов УрФО Сергей Рыльков. - Конечно, это не в коей мере не говорит о том, что запасы двух важнейших округов истощены. В Ямало-Ненецком АО сконцентрировано более 90% российского газа, в Ханты-Мансийском - порядка 65% отечественной нефти. При этом из недр извлечено не более 40% уже изведанных "легкоизвлекаемых" запасов. Оба округа имеют все предпосылки, чтобы на протяжении еще многих лет оставаться центром нефтегазодобычи России. Понятно, что для поддержания баланса между добычей и запасами необходимо развивать геологоразведочную отрасль. Поэтому, после отмены ВМСБ, департаменту природных ресурсов УрФО пришлось доказывать в Москве, что федеральные средства необходимо направить, в первую очередь, на разведку месторождений Ямала и Югры. В итоге, небольшое, но целевое финансирование нам удалось-таки выбить. Ситуацию спасла и существенная поддержка из бюджетов самих округов".
Тем временем глава Департамента топливно-энергетических ресурсов, недр и морских работ МПР РФ Ринат Мурзин на прошедшем в Сургуте совещании по итогам геологоразведки в 2003 году категорично заявил: "Россия уже никогда не вернется к тем золотым временам Советского Союза, когда основные средства на геологоразведку выделялись из бюджета. До 2025 года капитальные вложения в эту отрасль будут делаться за счет средств недропользователей".
Выступая уже в апреле этого года на 4-м международном форуме "ТЭК России: региональные аспекты" в Санкт-Петербурге, Ринат Мурзин констатировал, что в ближайшие 10 лет /для достижения относительного баланса между темпами добычи полезных ископаемых и воспроизводством их запасов в стране/ российским нефтегазовым компаниям необходимо инвестировать в геологоразведку, по самым скромным подсчетам, $ 30 млрд. "Сейчас же инвестиции в будущее заметно скромнее: в 2003 году, по данным МПР РФ, на эти цели выделено в общей сложности около 45-46 млрд. рублей /чуть больше $ 1,5 млрд/. Из них 7 млрд. рублей потратило государство", - подытожил он. / "Финансовые известия"/.
В эти же дни в Екатеринбурге проходила Конференция "Газовый рынок России – 2004. Региональный аспект". Участвовавшая в ней председатель Комитета ГД ФС РФ по природным ресурсам и природопользованию Наталья Комарова в интервью "Накануне.Ru" заявила: "Вот мы говорили и говорим о природной ренте. Да, в таком виде термин в российском законодательстве не применяется, но о ней можно говорить в отношении недропользователей, отчисляющих всевозможные налоги. Так вот, все мы, казалось бы, понимаем, что природная рента должна решать помимо вопроса изъятия части доходов нефтегазовых компаний в государственную казну, и проблему обеспечения комплексного, эффективного освоения природных ресурсов и восстановление сырьевой базы. Вот на что она должна работать. И работала до недавнего времени в виде налога ВМСБ. Отменив и заменив его, в частности на налог на добычу полезных ископаемых /НДПИ/, мы потеряли серьезную составляющую - целевое финансирование исключительно геологоразведочных работ. Сколько сейчас государство направляет на нужды геологоразведки... Я не знаю точно сколько, но в любом случае, это уже совсем не те деньги. Поэтому мы серьезно отстаем в восполнении запасов. Это первое. Во-вторых, во всей этой ситуации мы получили-таки такой плюс как затыкание дыр в общей доходной части федерального бюджета. И на сегодняшний день заткнуть еще одну дыру за счет налоговых отчислений нефтегазовых добывающих компаний – это не проблема. Свидетельство тому НДПИ, которым и был заменен налог ВСМБ. В прошлом году необходима была для сбалансирования федерального бюджета определенная сумма денег - увеличили акцизы на газ, увеличили НДПИ на газ - и эта сумма пришла в бюджет. И в этом году уже есть аналогичные предложения в правительстве РФ в отношении акцизов на нефть и НДПИ на нефть. Назовем величину этих налогов и налоговых сборов, и получим в бюджет нужную сумму. Проблем нет. Однако вопрос эффективного восстановления минерально-сырьевой базы остается открытым...", - сказала Наталья Комарова.
На пресс-конференции, прошедшей в рамках конференции, "Накануне.Ru" поинтересовалось у лидера среди независимых газодобытчиков в России ОАО НОВАТЭК, то есть одной из тех самых частных компаний, которые составляют большинство в нефтяном секторе и меньшинство, но весьма не бедное, в газовом -а каковы объемы инвестиций компании в геологоразведку? Мы, конечно, не ожидали, что наш вопрос вызовет столь оживленную дискуссию, но , как нам кажется, она весьма любопытна в смысле прояснения позиций государства и частных добывающих компаний.
Председатель Правления НОВАТЭК Леонид Михельсон сообщил:"Позиция компании в отношении воспроизводства государственных запасов, полученных нами в пользование, абсолютно однозначна. Это наш общий долг перед государством-собственником недр и важнейшая цель компании, основа ее устойчивого развития. За 10 лет мы отобрали из недр 57 млрд кубов, а восполнили приростом 350 млрд кубов. И намерены, если государство нам позволит, развивать геологоразведочные работы и дальше. Тем более, что компания серьезно увеличивает объем добычи газа: за 2003 год общая добыча всех дочерних компаний НОВАТЭКа увеличилась на 46% и составила 20,4 млрд. кубов. В 2004 году планируем довести суммарный объем добычи газа до уровня 27 млрд. куб. метров, а к 2008 году закрепиться на уровне 55 млрд. куб. метров в год, что позволит компании увеличить свою долю в российской газодобыче до 7%. "
"Однако, - продолжает Леонид Михельсон, - напомню известные вещи. Период открытия и разведки углеводородных месторождений составляет не менее 5-6 лет, подготовка к освоению не менее 2-х, вероятность открытия при проведении геологоразведочных работ не превышает в среднем 30%. Сроки возврата привлеченных кредитных средств в секторе добычи сегодня составляет 6-8 лет, в секторе переработки еще больше – до 12-14 лет. Согласитесь, что с учетом чисто рыночных, ценовых рисков это достаточно весомые аргументы, чтобы государство более четко обозначило условия деятельности добывающих компаний в газовой отрасли страны. И здесь камнем преткновения опять же встает вопрос: нет нормальной законодательной базы, обеспечивающей независимым производителям в случае открытия месторождения гарантию на право его эксплуатации. Повторюсь, вероятность удачи - 25-30%, а риск огромен. Обращаюсь к присутствующим здесь депутатам Госдумы: при рассмотрении "Закона о недрах" надо обязательно принять такую гарантию - кто провел геологоразведочные работы, сделал открытие, тому и надлежит передать право эксплуатации этих месторождений".
"Я не могу не вмешаться, - перебил пламенный призыв Михельсона председатель Комитета ГД ФС РФ по энергетике, транспорту и связи, Президент Российского газового общества Валерий Язев. - Я не могу оставить Ваш ответ без комментариев, раз Вы обратились к депутатам Госдумы. Думаю, этого не будет, это не правильно. К сожалению да, в стране свернута государственная политика по геологоразведке и приращению разведки запасов. Но абсолютно правильна та технология, когда государство ведет разведку, получает подтвержденные запасы и забирает их в государственный фонд. После на аукционной основе выставляет на торги. Кто больше заплатит за месторождение - тот должен его и получить. Сегодня же, в силу того, что у нас была до последнего момента слабая власть и сильный крупный бизнес, геологоразведочные работы ведутся только в тех объемах, насколько это интересно ЛУКОЙЛу, Сургутнефтегазу, НОВАТЭКу и другим. Государство оказалось заложником ситуации, крупных корпораций. Да, он нашел себе - он себе и оставил. Больше такого не будет, и мировая практика говорит о другом механизме: частные компании, ведущие геологоразведку и приращение запасов, должны получать компенсацию за свои вложенные средства, а месторождения передавать в государственный фонд...".
"Если позволите, - вступил в дискуссию первый заместитель председателя Правления НГК ИТЕРА Геннадий Скиданов, - все-таки замечу - проблема имеет место быть. Вот мы сейчас получили 11 блоков в Калмыкии, и геологоразведка обойдется нам рисками на $ 18 млн. Я хочу Леонида Михельсона поддержать в его позиции, в противном случае государству в этой ситуации надо создать механизм компенсации. Рискуем же мы! Найдем, а у нас, понимаете ли, могут и отнять...".
"Вы можете и не рисковать...", - парировал Валерий Язев.
"Но тогда не будет и приращения запасов в стране, - возмутился в ответ Геннадий Скиданов, - потому что в государственной политике геологоразведки и восстановления сырьевой базы нет! Сейчас переходный период, и мы в нем не найдем общего языка. Либо государство должно в больших масштабах находить и делать приращение на свой страх и риск, компенсируя затраты за счет проведения аукционов. Либо вариант о предоставлении нам той самой гарантии. Сегодня же получается ни того, ни другого!".
"Да, - поддержал своего коллегу Леонид Михельсон, - если не устраивает наш вариант, и государство хочет заниматься геологоразведкой, то мы двумя руками "за" – пусть занимается!"
"Решение в России будет где-то между, - категорично заявил Валерий Язев. - Иначе вы хотите, сказав А, получить и Б. Государство итак компенсирует затраты по геологоразведочным работам, взять хотя бы льготы в налогоображении... В конце концов, сегодня в стране идет четкое отстаивание сильной эффективной власти, причем не репрессивной, а сильной и эффективной, которая на благо всему народу работает. И крупного бизнеса в том числе, продвигая его интересы и за рубежом, делая Россию конкурентной. Не может быть три горошинки на одной ложке у бизнеса, и ни черта у государства! И не будет!". На этом г-н Язев поставил точку в оживленнейшей дискуссии.
Подытожим все вышеизложенное. В условиях, когда в стране с отменой налога ВСМБ свернута государственная политика по геологоразведке и приращению разведки запасов, а бремя инвестиций на эти цели переложено на добровольное желание недропользователей, независимые добывающие предприятия, ведущие поисковые работы, в случае обнаружения нефтегазоносных залежей не получают гарантии от государства, что именно они станут осваивать залежи. Обладательницей лицензии на разработку может стать любая фирма, выигравшая конкурс, и возврат затраченных на геологоразведку средств - не предусмотрен. Можно понять и требования независимых газодобытчиков и нефтяников, предъявляемые в адрес государства об усовершенствовании действующего законодательства.
Как известно, парламентские слушания по рассмотрению реформы в газовой отрасли назначены на 7 июня этого года, а закон "О недрах" в новой редакции уже одобрен правительством и, согласно распоряжению премьер-министра РФ Михаила Касьянова, будет внесен в Госдуму в августе. Если будет внесен, распоряжение-то бывшего премьера все-таки.
И если независимым производителям газа, вероятнее всего, предоставят-таки "доступ к трубе" при условии разделения расходов по поддержанию нынешней и строительству новой транспортной инфраструктуры, которая останется под полным контролем государства, то чаяниям относительно гарантий на эксплуатацию найденных месторождений сбыться уже не суждено. Попытки прошлых лет "протолкнуть" законопроект о недрах, на основании которого сырьевики могли бы противостоять государственной логике, можно надеяться не станут в нынешней политической ситуации успешными. Минэкономразвития и Минприроды сошлись в том мнении, что все права на недропользование должны реализовываться исключительно на аукционах. В новом законе "О недрах" будет закреплена единая неделимая госсобственность на недра, не подлежащая разделу между федерацией и субъектами, таким образом, будет ликвидировано правило "двух ключей" при выдаче лицензий на недропользование. Отношения разработчиков месторождений с государством перейдут из разрешительных в договорно-правовые /это может быть лицензионный или концессионный договор, соглашение, договор аренды или подряда/. Ну, а все права на недропользование с принятием закона будут реализовываться исключительно на аукционах и конкурсах.
Не ясным остается, в каких масштабах государство со своей стороны намерено, если намерено вообще, возродить геологоразведку. Если в этой наиважнейшей для нашего общего будущего отрасли не будет продуманной госстратегии, то, вероятнее всего, "стахановская" установка центра на то, чтобы объем разведанных запасов превышал вдвое фактическую добычу, уже бесповоротно канет в лету...
| ![](images/1_1.gif) |